Дарья Грацевич — сценарист нашумевшего сериала «Измены» — рассказала Анне Чернышевой о своих дальнейших творческих планах, любимом сериале и о развлекательном телевидении.

Дарья Грацевич родилась 16 февраля 1984 года в Москве. Училась в РГГУ на филологическом отделении. Сценарист и креативный продюсер на Comedy Club Production. Принимала участие в таких телевизионных проектах как «Бедная Настя», «Счастливы вместе», «Интерны». Лауреат премии «Дебют-2008» в номинации «Киносценарий» за сценарий «Недотроги». Лауреат II премии фестиваля театра и кино о современности «Текстура» (2012 г.). Литературный переводчик с английского языка (Кен Фоллет «Ключ к Ребекке» (Изд. АСТ, 2005 г.), Генри Миллер «Книга о друзьях» (Изд. АСТ, 2006 г.). Замужем.

=

Расскажи немного про свою работу продюсера. Ты женщина, что для такой профессии не типично. Что входит в твои основные обязанности? Тяжело ли дается работа в сфере развлекательного телевидения?

Я – креативный продюсер. Это человек, который не имеет отношения к деньгам и к организационной работе в финансовом и договорном плане, зато полностью обслуживает весь творческий процесс. Когда я работала креативным продюсером «Интернов», я занималась созданием сюжета сериала, принятием редактуры диалогов, утверждением монтажа, кастинга, костюмов, и финальным приемом серий. Это работа креативного продюсера в конкретной компании Comedy Club. В Америке нет такого понятия «креативный продюсер», есть исполнительный, который отвечает и за финансы, и за творчество. Есть и такое понятие, как шоураннер (англ. Showrunner), которого в титрах указывают как «created by…», тот, кто сотворил весь проект полностью. Фактически, Comedy Club внутри своего производства стремится к тому, чтобы создавать настоящих шоураннеров, то есть людей, которые отвечают за проект от сценария до последнего этапа, когда он уже готов.

=

А коллектив, в основном, мужской?

Comedy Club почти весь мужской, девочек там мало. У нас был период, когда на 30 человек в офисе было 2 девочки. Сейчас нас стало гораздо больше, процентов, наверное, 20. Более того, мальчики в большинстве своем бывшие квнщики, которые в принципе считают, что женщина и юмор – понятия малосовместимые, поэтому девочкам надо все доказывать.

=

Не секрет, что большинство наших сериалов и шоу как «под копирку» и, в основном, американские. Ощущение, что нашим сценаристам, продюсерам не хватает фантазии, чтобы придумать что-то свое, что заинтересует российского зрителя. Или же просто не хватает информации о том, что именно надо зрителю?

Дело в том, что есть официальная адаптация, когда канал официально покупает права на проект, и с этого момента он имеет право сделать с ним всё, в том числе, полностью переписать. Просто в цивилизованных странах воровать идею не принято и даже если ты хочешь полностью переделать проект, все равно в его основе будет чужой продукт, поэтому ты его должен купить. В России каналы покупают права на проекты и переделывают их. Это существует не потому, что мы не можем придумать что-то новое. Американцы тоже покупают продукты. Самый известный пример – это «Homeland» («Родина»), израильский сериал. Его купили, переделали, и получился успех. Зачем выдумывать что-то свое, когда есть что-то, что уже работает? Ты просто берешь проект и переделываешь его, ориентируясь на российскую основу, и это должно работать. К сожалению, так далеко не всегда получается, ту же самую «Родину» у нас тоже переснял Лунгин, и получилось не очень.

Но это не отменяет очень большого количества сериалов, которые пишутся оригинально. Ну и последний момент – по поводу того, что мы не знаем, что надо нашей публике. Во-первых, у нас не развиты социологические исследования, во-вторых, очень мало продюсеров работают с фокус-группой. В Америке, когда снимается пилотная серия сериала, тестируется идея – создатели постоянно собирают фокус-группы, проверяют, работает-не работает проект, как его воспринимают женщины, мужчины.

У нас обычно сидят три человека в комнате, которые говорят: «А давайте вот так? А давайте!». Они даже не интересуются, кому это будет интересно. А есть еще проблема восприятия зрителей каналом, потому что на федеральных каналах есть представление, что зрителю ничего не интересно, он ничего не хочет, кроме как, например, следить за тяжелой женской долей: когда доярка, приезжающая в Москву ищет любовь — это универсально, а что-то другое: «слишком сложно, наш зритель не поймет». Откуда они берут такие представления о зрителе – я не знаю. На федеральных каналах возраст людей, принимающих решения, достаточно серьезный, и они могут принимать решения только для людей своей возрастной группы, не думая о молодежи. Поэтому у нас такое разделение аудитории происходит — молодая аудитория смотрит одно, пожилая смотрит другое, люди среднего возраста вообще ничего не смотрят, потому что для них никто и ничего не делает.

=

Иногда, когда смотришь отечественный сериал или шоу, возникает ощущение некой простоты и дешевизны. Как-будто снято не на профессиональную камеру или декорации самодельные. Можно ли сказать, что качество наших сериалов страдает из-за маленького бюджета? Как ты думаешь, есть такая проблема у нас, и есть ли какие-то способы привлечь большее финансирование?

Они были, у нас индустрия развивалась стремительно. Я работаю с 2006 года, уже почти 10 лет, финансирование росло постоянно, за те деньги, за которые люди работали в 2006 году, сейчас уже никто не работает. Бюджет всё повышался и повышался, пока не начался кризис. Потому что любой кризис на индустрии очень сильно отражается. Никто не снимает кино на «последние» деньги, все снимают кино на свободные средства, а если у тебя кризис и свободных денег становится меньше, то либо люди перестают снимать, либо они начинают снимать гораздо хуже. Я читала интервью с Акоповым, основателем компании «А-Медия», где он сказал, что мы откатились лет на 10 назад. Но мне кажется, что откатиться назад уже невозможно – фарш назад нельзя провернуть, есть уже знание о том, как может быть, и после таких знаний снимать, например, как раньше снимали трехстенную декорацию, никто не будет. Уже хорошо, что есть вещи, к которым нельзя вернуться, даже если у тебя нет денег. Конечно, бюджеты с Америкой несравнимы. Серия «Игры престолов» стоят 4 миллиона долларов, а у нас за 4 миллиона долларов снимают весь сериал.

=

Это еще связанно и с окупаемостью, все-таки «Игры престолов» — сериал мирового масштаба, переведенный на разные языки. Кстати, как ты считаешь, у наших сериалов есть шанс выйти на мировой рынок, стать конкурентоспособными?

Я думаю, да, но надо повышать качество. На самом деле, есть те компании, которые к этому очень стремятся, например ТНТ. Я знаю, что ТНТ продало один формат на телеканал FOX в Америку. Был такой сериал «Моими глазами» года два назад, он немного фантастический, не очень заметно прошел в России, но, тем не менее, его продали. Над «Изменами» тоже работают, чтобы продать формат в Америку. Я знаю, что некоторые не вышедшие форматы уже имеют интерес.

=

Канал ТНТ один из немногих пытается демонстрировать публике сериалы, не снятые под копирку американских прародителей. Это и «Реальные пацаны», и недавно вышедший твой сериал «Измены». У обоих сериалов шикарные рейтинги, индивидуальный сценарий, сюжет. Планирует ли Comedy Club Production и дальше развиваться в этом русле? Будут ли выходить в свет новые уникальные русские сериалы и развлекательные шоу?

Конечно.

=

Какие зарубежные сериалы произвели на тебя особое впечатление?

Мой самый любимый сериал — «Grey’s Anatomy» («Анатомия страсти»). Он как энциклопедия психологии отношений, в нем 10 сезонов, которые я посмотрела дважды. Мне самой страшно представить, сколько на это надо времени. Но он имел абсолютно терапевтическое влияние на меня, я посмотрела его первый раз, когда он шел по телевидению, а потом в моей жизни случилась небольшая личная трагедия. Я думала, как из нее выходить и поняла, что надо посмотреть сериал еще раз. Собственно, прошли несколько дней и трагедия осталась позади. Кроме того, шоураннер этого сериала – Шонда Райз, маленькая афроамериканка. Я слежу за ней и ее творчеством, потому что она очень крутая, мне хочется быть на нее похожей в том, как она создает сериалы. После него она выпустила сериал «Скандал», который мне не очень понравился, а сейчас у нее прекрасный проект «Как избежать наказания за убийство». Она для меня является примером женщины, которая гнет свою линию, создает сериалы с узнаваемым почерком, узнаваемой интонацией. Это для меня идеал. Все остальные модные сериалы я тоже, конечно, посмотрела, что-то больше понравилось, что-то меньше.

=

Все ли устраивает тебя в своей работе сценариста? Может, ты хотела бы заниматься арт-хаусом, а, может, наоборот, ты за развлекательный кинематограф?

В работе сценариста сейчас меня устраивает все, потому что после «Измен» мне уже не нужно работать ни на каком проекте типа «Интернов», ни на каком конвейере, на котором нужно изо дня в день давать результат, когда ты не можешь понять, хорошо ты делаешь или нет. Потому что ты находишься в таких сроках, когда невозможно успеть оценить работу. Сейчас, мне кажется, такая работа в прошлом, у меня есть возможность заниматься тем, чем я хочу. А я хочу заниматься развлекательным телевидением, потому что оно разговаривает с человеком. Арт-хаус, на самом деле, с человеком не разговаривает, арт-хаус разговаривает только с теми людьми, с тем небольшим процентом, который сознательно пришел, или включил запись, или нашел фильм на торренте, потому что он хочет посмотреть что-то тяжеленькое. Таких людей, которые садятся вечером и говорят: «Ну, вот сейчас что-нибудь тяжеленькое посмотрим» — их очень мало, и с ними разговаривать даже не надо, они сами знают, где им найти книжки, фильмы, все, что им понравится. А вот работа с основной массой — это развлекательное телевидение. И самый кайф – это попытаться в развлекательный проект заложить какую-то глубокую мысль. Вот это то, что доставляет отдельное удовольствие. Чтобы и насмешить, и заставить задуматься, и чтоб кто-то заплакал где-то, чтоб человек испытал всю гамму эмоций. Когда ты смотришь тяжелый арт-хаусный проект, у тебя гаммы эмоций нет, у тебя просто депрессняк начинается, и все. Даже если это очень умный такой депрессняк, и ты понимаешь все несовершенство мира. Это однобоко. Поэтому мне кажется, что все эти сериалы HBO, FOX, именно поэтому отодвигают сейчас кинематограф, потому что у кино осталась функция либо жесткого депрессняка, либо исключительно развлечения. Например, «Мстители». То есть ты приходишь в кинотеатр, у тебя все взрывается, все летает, и ты сидишь три часа, ешь поп-корн, и потом выходишь и забываешь об этом. Ты просто провел время. А вот длинные горизонтальные сериалы — это литература. Люди раньше читали книжки, а сейчас они смотрят сериалы, поэтому на нас – на сценаристах, большая ответственность, потому что качество предлагаемого материала должно быть литературным. Поэтому такая работа, конечно, нравится. Это такой вызов. Я понимаю, чем вызван этот вопрос, потому что ты сидишь, пишешь шутки, а хочешь говорить о высоком. Я и так стараюсь о высоком, просто иногда с шутками.

=

Есть ли у тебя сейчас идеи написания нового сериала или, может, фильма?

Да, во-первых, я хочу сделать свой фильм, он у меня лежит давно, еще с 2013 года, и вот, кажется, сейчас мы нашли на него финансирование и будем снимать. Во-вторых, я пишу одновременно три сериала, встала на поток, надо ковать железо, пока горячо. Меня как-то спросили: «Ну, вот намекни, Даша, что у тебя будет в следующем сериале?». Я буду тестировать дальше глубины морального падения общества, не могу успокоиться.

Поделитесь с друьями:

Leave A Reply