25 лет назад, уже на закате советской эпохи, радиостанция «Эхо-Москвы» впервые вышла в эфир. Он длился чуть более двух часов и вряд ли собрал большое количество слушателей. Сейчас «Эхо» вещает круглосуточно, и является самой цитируемой российской радиостанцией, с многомиллионной аудиторией.

История «Эха»  тесно переплетена с историей современной России, они, в общем-то, неразрывны. Всё, что происходило в нашей стране последнюю четверть века, освещалось «Эхом». Освещалось максимально профессионально, и, кажется, независимо. Даже тогда, когда сделать это было очень непросто.

Именно независимость, отсутствие пропаганды и другие принципы свободной журналистики стали основными для молодых журналистов Сергея Корзуна и Сергея Бунтмана, при создании принципиально нового для СССР разговорного радио. Тогда, в 1990 году, два молодых специалиста работали во французской редакции иновещания Гостелерадио СССР. Простора для самовыражения и реализации своих талантов у них было немного – любые эксперименты и ноу-хау подвергались критике на редакторской летучке. Начали появляться мысли о собственном проекте. Вышедший в том же году «Закон о печати», позволял создать негосударственную радиостанцию, да и свободная частота появилась весьма кстати.

После встречи на факультете журналистики МГУ с участием декана Засурского, заведующего кафедрой Кузнецова, руководителей «Ассоциации радио» и ответственного секретаря журнала «Огонёк», Сергею Корзуну было предложено стать главным редактором. Он, конечно, не отказался. Моссовет выделил деньги, журфак – несколько репортёрских магнитофонов, а «Ассоциация радио» – частоту, аппаратуру и комнатушку на нынешней Никольской улице.

бИсточник: фото-архив радиостанции «Эхо-Москвы»

Встреча на факультете состоялась в мае, а уже в августе, на основании «Закона СССР о печати» радиостанция была зарегистрирована, как средство массовой информации. Первый эфир состоялся вечером 22 августа и длился чуть более двух часов. Делали его, по воспоминаниям Сергея Бунтмана, человек восемь.

Известность к «Эху» пришла уже скоро, в январе 91-го. Тогда радиостанция была единственной волной, освещавшей события в Вильнюсе. Газета «Советская Россия» даже назвала «Эхо Москвы» «вражеской радиостанцией под стенами Кремля». А потом наступил август, и под этими самыми стенами происходила попытка государственного переворота. По приказу ГКЧП, «Эхо» три раза отключали от эфира, но каждый раз им удавалось вернуться, используя простую телефонную линию. В минуты, когда по улицам Москвы ездят танки, людям хочется знать, что собственно происходит, а не смотреть балет по государственному каналу. События тех дней сделали радиостанцию ещё популярнее, «эховцы» заставили себя уважать.

Осень 93-го, в Москве опять не спокойно, по Белому дому стреляют. В прямой эфир на «Эхе Москвы» выходит первый и единственный вице-президент РФ – Александр Руцкой. В осаждённое правительственное здание к нему пробрался тогда ещё обычный корреспондент – Алексей Венедиктов. Венедиктов сунул вице-президенту спутниковый телефон, взятый у иностранных коллег (своих ещё не было), и тот произнёс в прямом эфире «Эха» знаменитую фразу: «Товарищи, поднимайте самолеты, летите бомбить Кремль». Работа выполнена – люди услышали мнения обеих сторон конфликта, один из главных журналистских принципов соблюдён. Недовольный Ельцин эту ситуацию вспомнил в 94-м, на встрече с журналистами в Кремле, но Венедиктов только пожимал плечами – мол, что поделаешь, работа такая.

В том же году, понимая, что дальнейшее развитие без этого невозможно, радиостанция начинает активно искать инвестора. Находит она его в лице Владимира Гусинского. Алексей Венедиктов становится автором устава, по которому главного редактора избирает редакция, а утвердить его или снять может только собрание акционеров. Контрольного пакета акций нет ни у кого: 40% – у Гусинского, 40% – у самих журналистов, 20% – у Гарри Каспарова. Такая схема стала отличной защитой от вмешательства инвесторов и акционеров в редакционную политику радиостанции. «Эхо» выходит на новый уровень – начинается круглосуточное вещание, создаётся собственное информационное агентство.

Официальное признание не заставило себя долго ждать – в 96-м «Эхо» получает премию «Радиостанция года». Алексей Венедиктов уже не просто корреспондент, а директор информационного канала. После ухода Сергея Корзуна на телевидение, именно Венедиктов и Бунтман осуществляют фактическое управление радиостанцией.

В 97-м году у радиостанции появляется свой сайт, начинается вещание в диапазоне FM. Теперь «Эхо Москвы» доносится и до других городов страны. Уже полюбившееся уху русского интеллигента радио, можно услышать в Питере, Ростове-на-Дону, Тольятти и других городах. В студию к «эховцам» приходит пока не известный широкому кругу Владимир Путин – начальник контрольного управления президента Ельцина.

В 1998 году радиостанция входит в холдинг «Медиа-Мост» Владимира Гусинского, главным редактором становится Алексей Венедиктов.

31 декабря 1999 года «Эхо Москвы» сообщает об отставке Ельцина в своём эфире, и называет Путина наиболее вероятным кандидатом на пост президента. Виктор Черномырдин, услышав эту новость на «Эхе», засомневался в её правдоподобности и назвал радиостанцию «провокаторской».  В новогоднюю ночь, в телеобращении на всю страну, Борис Ельцин скажет своё знаменитое: «Я ухожу». А через 3 с лишним месяца, тот самый Путин займёт пост президента Российской Федерации.

В 2000 году начинается государственная кампания по уголовному преследованию Владимира Гусинского. Вслед за телекомпанией НТВ и журналом «Итоги», «Эхо» становится объектом столкновения между медиа-магнатом и властями. В результате конфликта в 2001 году у холдинга Гусинского «Медиа-Мост» меняется собственник, и все медиа-активы, в том числе и «Эхо Москвы», переходят к компании «Газпром-Медиа». Устав по прежнему надёжно охраняет радиостанцию от вмешательства в её редакционную политику новых акционеров – «Эхо» остаётся площадкой для всех мнений. Чего, например, не скажешь про когда-то независимую телекомпанию НТВ.

25 октября 2002 года журналисты «Эха Москвы» – Сергей Бунтман и Матвей Ганапольский провели легендарный эфир. После захвата заложников в театре на Дубровке, Ганапольский и Бунтман в прямом эфире, по телефону, пытались уговорить террориста по имени Хаз-Мамат отпустить женщин и детей. Уникальная ситуация, такого никто и никогда не делал. «Эховцы» помимо прямых журналистских обязанностей выполняли также функцию переговорщиков, пытаясь спасти хотя бы часть заложников. Алексей Венедиктов, впоследствии, заявил, что дать в эфир террориста было его ошибкой. Подобные вещи были запрещены последующим Кодексом журналистской этики.

б1Источник: Илья Варламов

Менее чем через два года случился Беслан. Власти заявляют о 355 заложниках. Алексей Венедиктов, когда-то школьный учитель, узнаёт в Министерстве образования, что только учеников в школе №1 города Беслана — 897. Плюс  учителя, плюс родители, первое сентября всё-таки. Помимо озвучивания этих цифр в эфире, главред «Эха» передаёт эту информацию Громову, а тот в свою очередь Путину. При штурме очень важно знать, что на квадратном метре помещения стоят четыре человека, а не один. Итог – 333 погибших, 783 раненых. Воспользовались ли люди, готовившие штурм, информацией с «Эха», поверили ли? Неизвестно. Но «Эхо», кажется, сделало всё, что может сделать информационно-разговорная радиостанция, а может, даже и больше.

В 2006 году, по исследованию социологической службы «Комкон», «Эхо-Москвы» становится любимой радиостанцией москвичей. А в 2007-м занимает 12 место в рейтинге «Самых упоминаемых брендов Рунета». В тот же год на «Эхе» создаётся ТВ-студия, и посредством телеканала RTVi осуществляется вещание в 16 странах мира.

«Эхо» всё чаще критикуют и пытаются обуздать: в 2007-м прокуратура и ФСБ проверяют на предмет экстремизма выступления в прямом эфире Лимонова и Каспарова; в 2008-м Путин публично высказывает недовольство редакционной политикой радиостанции во время российско-грузинской войны; в 2010-м у здания редакции происходят пикеты прокремлёвских организаций с требованием остановить вещание «Эха»; в 2011-м президент Медведев критикует редакционную политику радиостанции и обсуждает вопрос о смене главного редактора.

Редакционная политика, впрочем, не поменялась, как и главный редактор, а вот президент в скором времени сменился. Владимир Путин перед выборами 2012 года предлагал Алексею Венедиктову стать его доверенным лицом. Венедиктов отказался, сославшись на различные с будущим президентом взгляды. В том же году «Эхо Москвы» и её главный редактор даже попали в список возможных лауреатов Нобелевской премии мира. Премию получить не удалось, но и оказаться в расширенном списке – уже достижение.

В феврале 2013 года с поста генерального директора «Эха Москвы» был уволен Юрий Федутинов, проработавший на этой должности 22 года. Его место заняла Екатерина Павлова – бывший топ-менеджер радиостанции «Голос России». Увольнение Федутинова произошло вскоре после того, как новым гендиректором холдинга «Газпром-Медиа» стал никто иной, как Михаил Лесин. Тот самый Лесин, который с потрохами съел НТВ, «Итоги» и другие средства массовый информации во время медиа-войны с Гусинским, но таки и не смог подобраться к «Эху». Избавиться от Венедиктова, и поменять редакционную политику радиостанции он при большом желании пока не мог. Похоже, назначение Павловой – это попытка за счёт своего человека  пробить надёжную оборону «Эха».

На протяжении всего следующего года Лесин подвергает радиостанцию жёсткой критике и грозится сменить главного редактора. В итоге, после скандального и незаконного увольнения журналиста Александра Плющева, в отставку отправляют его самого. Очередная атака на «Эхо» захлебнулась.

По последним данным, еженедельная аудитория «Эха Москвы»: около 2 миллионов человек— в столице; и около 7 миллионов в российских регионах. Радиостанция кроме всего прочего занимает первое место в FM-диапазоне по продолжительности слушания (около 211 минут в день), а 420 тысяч её слушателей называют «Эхо Москвы» любимой радиостанцией.

Но цифры — вещь сухая, и не самая важная. Важнее то, что в невероятно огромном информационном потоке наших дней, есть такой островок — «Эхо Москвы», где еще остается возможность подумать не так, как навязывает большинство станций, а самостоятельно.

Поделитесь с друьями:

Leave A Reply