Сегодня никого не удивит брак с иностранцем. Многие российские девушки сознательно ищут иностранного мужа. Героини этой статьи, напротив, к этому не стремились — казалось бы, случайные знакомства изменили их жизнь. Татьяна Прохорова побеседовала с четырьмя «русскими женами», живущими в Германии, Японии, Турции и Америке, чтобы выяснить с какими трудностями им пришлось столкнуться на пути к семейному счастью. Узнать, что  помогло им принять и понять своего супруга, его страну, несмотря на разность культур, религий, традиций, менталитета и языков общения.   

Евгения (замужем за Андреасом) Германия, Дюссельдорф

Русские жены

Евгения и Андреас

«Раньше я никогда не думала, что выйду замуж за иностранца, тем более за немца. Мои деды воевали, в нашей семье очень чтут их память, поэтому, когда 23 февраля Андреас пригласил меня на свидание, я отказалась, так как посчитала это  проявлением неуважения к родственникам.

Мы познакомились в моем родном городе Екатеринбурге на вечеринке в баре. В нашем знакомстве я увидела возможность попрактиковать свой английский. Энди оказался инженером, он был в командировке на одном из уральских заводов.

Когда он уехал, мы начали общаться по скайпу. Каждый вечер я бежала домой с работы, красиво одевалась, причёсывалась и садилась перед ноутбуком. Это были самые настоящие свидания, такие же, как за столиком в кафе. Химия между людьми может возникнуть и через монитор.

Следующие два года мы встречались в разных странах, где у него были командировки. В одной из поездок он объяснился мне в любви, а потом приехал знакомиться к моим родителям, подарил кольцо и сделал предложение. Конечно в душе я   ждала от него этого шага, я уже давно поняла, что Энди – мой человек.

После переезда к нему в Дюссельдорф я жила по туристической визе, потом по ученической. Германия очень бюрократическая страна, чтобы здесь зарегистрировать брак надо пройти несколько этапов. Один из них – получение визы невесты. И здесь случилась заминка: Энди тянул с оформлением документов, и я была вынуждена уехать домой, так как истек срок ученической визы. В России в немецком консульстве я получила отказ. По сути, из-за проволочек с его стороны, мы были разлучены еще на несколько месяцев. Я находилась в подвешенном состоянии: предложение сделано, а я все еще фройлен, а не фрау. Но главное испытание было впереди. В день регистрации брака он за час до поездки в ратушу отказался ехать и сказал, что он не готов (!). Может быть я это предчувствовала, накануне он был очень напряженный, поэтому отреагировала очень спокойно. У меня не было истерики, но я сразу стала собирать вещи. Так получилось, что уехать сразу с вещами и моими двумя котами было не под силу. В итоге это меня задержало на несколько дней, а он успел понять, что совершил ошибку и просил прощения. Я все-таки уехала, объяснив, что нам надо все обдумать на расстоянии.

Прошло пять месяцев прежде, чем я снова вернулась в Германию. Мы расписались сразу, а свадьбу сыграли через год.

В Германии я усердно учила немецкий, и почти год работала до декрета, но это была моя собственная инициатива. В немецких семьях принято все делить пополам и доходы, и работу по дому.  В нашей семье мы равноправны и все решения принимаем вместе.

Его семья сначала смотрела на меня с опаской, так как у них все еще бытует мнение, что в России ситуация, как в 90-х годах, и все русские просто мечтают переехать в Европу. Немцы — народ не хлебосольный, у них не принято прийти к родителям в дом и залезть в холодильник. Если пригласили на кофе, то только кофе и нальют. Был смешной случай на Рождество в доме его родителей, когда подали закуски и я съела по крошке, ожидая горячее и десерт, но так и не дождалась.

В июле у нас родился сын Александр. В России новорожденного в первый месяц никому не показывают, кроме близких родственников, даже на фото. В Германии я столкнулась с тем, что уже в день родов родственники мужа толпились в роддоме. Я лежала обессиленная с ребенком, а они бесцеремонно заходили в палату и фотографировали нас, делали селфи на нашем фоне. После выписки все продолжилось. Ежедневные визиты, родня, все, не разуваясь, хватают ребенка, целуют, фотографируют. Меня просто трясло! Я срывалась на муже, но он искренне не понимал меня и обижался. Единственное, что удалось сделать – это приучить их всех мыть руки, перед тем как они возьмут малыша на руки.

Несмотря на разные менталитеты и характеры, мы поняли, что хотим быть вместе. Путь к нашей семье был долгим и сложным, но мы оба прошли проверку на прочность чувств».

Катя (жена Такеши), Токио, Япония

Екатерина и Такеши

Екатерина и Такеши

«Мы познакомились в московском ресторане на деловом ужине. На этой встрече присутствовали партнеры компании из Японии. Я обратила внимание на одного из них, он неплохо говорил на русском. Не могу объяснить почему, но я подошла к нему, представилась и дала свою визитку. Потом я узнала, что в Японии так принято, что именно женщины проявляют инициативу, даже существует праздник, когда женщины дарят мужчинам подарки в знак внимания и проявления интереса.

Он позвонил мне через месяц, когда снова приехал в Москву, и пригласил на свидание. Мы были свободны, у нас сразу возникла взаимная симпатия, мы стали встречаться. Конечно это было возможно только, когда он прилетал из Токио в Москву. Вскоре мне надо было срочно съезжать со своей квартиры, искать новое жилье. Такеши любезно предложил мне переехать в его московскую квартиру, в которой он жил во время командировок. Я не спешила разбирать свой чемодан. Мне кажется в подобной ситуации не стоит торопиться, как поступают многие девушки: расставляют повсюду свои фотографии в рамках, заполняют полки в шкафах своими вещами, загромождают ванную тюбиками и баночками. Где-то через месяц мне была выделена полка в шкафу.

Мы сразу были откровенны друг с другом: договорились пожить вместе и посмотреть, что из этого выйдет. Установили срок в два года. Я жила и работала в Москве, а он фактически на две страны. За это время мы хорошо узнали друг друга, пришло серьезное чувство. Прошло два года и я напомнила ему о договоренности день в день. Он ничего не сказал, улетел в Токио и вернулся с кольцом.

 Его родители долго были не в курсе наших отношений. На свадьбу, которую мы устроили в Москве, они — пожилые люди, приехать не смогли. Приехал только его старший брат и привез подарки от семьи. Со свекровью я познакомилась по скайпу, Такеши выступал переводчиком. Мы обе волновались. Его мама имеет большой авторитет в семье и ее слово и одобрение очень много значит для детей. В японских семьях есть традиция продолжения рода — старший сын должен жениться только на японке. Нам повезло, что Такеши – младший. Я была представлена уже, как жена. И она приняла меня, одобрила выбор сына.

После нашего переезда в Токио, мы встретились с его родителями не сразу. Надо отдать должное их деликатности, они дали мне время на адаптацию на новом месте. Встреча произошла на нейтральной территории, в ресторане.  Они меня спрашивали о моих родителях, моих занятиях, увлечениях. Я вручила подарки своей японской свекрови, особенно пришлись по нраву теплые шерстяные носки и оренбургский пуховый платок, зимой в Японии в домах очень прохладно. Его мама очень проницательный человек, она увидела, что ее сын создал семью и счастлив. А что еще нужно любящей матери? Сейчас мы тепло общаемся, бабушка любит внучку.

В Японии существует культ мужчины, женщина на втором плане. Но дома, как правило, всем распоряжается жена, в том числе и финансами, выдавая мужу незначительную сумму на обед. Но как только они вместе выходят из дома, муж гордо шагает впереди, а жена семенит за ним следом.

Наше совместное увлечение – это походы в рестораны. Мы любим вкусно поесть, а в Японии культ еды. Также, как все японцы, посещаем онсэн (горячие источники).

Я приняла тот образ жизни, который существует в Японии, хотя мне было очень сложно. Я не понимала, почему я просто не могу пойти вечером с подругой в кафе, ведь в Москве, после работы мы всегда встречались с девчонками в ресторане. А здесь японские жены по вечерам выходят только в сопровождении мужа. Нетерпеливому человеку здесь будет сложно прижиться, его будет многое раздражать. У меня нет подруг-японок, мы слишком разные. Здесь ты должен быть частью какого-то сообщества, коллектива, иначе тебя не воспринимают, как равного. Я понимаю, что я не смогу работать в японских организациях, государственных структурах. Попасть туда нереально, если только ты не доктор наук и не семи пядей во лбу. Я нашла выход из положения. Сейчас я учусь дистанционно в российском вузе, пишу о Японии в разные издания.

Мой муж скорее космополит, чем традиционный японец, он много ездит по миру, у него широкий кругозор. Наш дом не традиционный японский, а европейский. Мы с мужем говорим на русском языке, хотя я старательно учу японский. Наша дочь Виктория говорит на обоих языках».

Алла ( замужем за Маурисио), Лас-Вегас, США

Алла и Маурисио

Алла и Маурисио

«Мой муж – гражданин Америки, по национальности эквадорец, по духу — настоящий латино. Он родился и вырос в Эквадоре, в семье музыкантов, закончил консерваторию по классу саксофон. Сейчас он музыкант военного оркестра армии США.

Когда мы познакомились, мне было всего 23. Но у меня за плечами уже было два высших образования и перспективная работа в международной компании. Я хорошо зарабатывала, много путешествовала и совсем не думала о замужестве.  В одной из поездок в Германии мы с подругой пошли в ночной клуб. Случайное знакомство ничего не предполагало. Мы провели вместе буквально пару дней, и я уехала. Потом некоторое время мы вяло переписывались по электронной почте и вдруг он неожиданно приехал ко мне в Питер. С его стороны я сразу почувствовала к себе серьезное отношение. Потом я поехала к нему в Лас-Вегас с ответным визитом. Мы провели две фантастические недели вместе, стали по-настоящему близки. Маурисио сделал мне предложение, а я была не готова бросить все. Но с одной стороны я была влюблена и он не отступал, а с другой — мой босс рисовал мне радужные перспективы в компании. На Новый год Маурисио прислал мне билет в один конец со словами: приезжай или наши отношения заканчиваются.

Это был тяжелый период для меня. Надо было объясниться с родителями, так как они были не в курсе, уволиться с работы.  Я успокоила себя тем, что всегда смогу вернуться назад, что ничего, в общем-то, не теряю.

Мы решили не делать пышную свадьбу, так как все наши родные живут очень далеко. Поженились мы в лучших традициях Лас-Вегаса: свадебное платье за 25 долларов, в качестве свидетеля — случайный прохожий, и регистрация. Но скромную церемонию мы компенсировали роскошным  медовым месяцем на Гавайях и в Мексике.

 Так я со своими двумя дипломами финансиста и переводчика оказалась американской домохозяйкой в Лас-Вегасе. Дом с бассейном, машина, кредитка, куча свободного времени. Любая сказка начинает надоедать, когда она затягивается. Я так привыкла быть самостоятельной, что очень быстро мне стало неуютно в этом положении. Я пыталась найти работу, но после отправки своего резюме,  получала  в ответ: «у вас нет американского образования для этой работы» или для вакансий  попроще «вы слишком переквалифицированы для этой работы». То есть, у меня было два пути –  или получать высшее образование в Америке и потратить еще 5-6 лет на это, или идти работать в Макдональдс. От депрессии меня спасла беременность. Я учила испанский, ходила на йогу и писала книгу.

Мы — та семья, в которой  уже не будет русских традиций или эквадорских. Да и как их сочетать, если муж – католик, для него важны католические праздники, а для меня важный день в году — 8 марта и 9 мая. Мы живем в Америке и справляем праздники по их календарю. Но во мне сильны патриотические чувства и я не получаю американское гражданство намеренно. У моего мужа история мира — это американская  версия истории. Я вижу, что в США идет пропаганда против России. Между нами по этому поводу часто возникали споры, поэтому мы решили обходить темы истории и политики стороной.

Порой у нас возникают трудности перевода, потому что между собой мы говорим на английском, а этот язык для нас обоих не родной. Он думает по-испански, а я по-русски.

Любая семья – это работа, неважно обычная или интернациональная. Я поняла это рано. Вопрос в том, хотят ли оба партнера меняться, есть ли желание постичь друг друга. Моему мужу в силу возраста менять в себе что-то гораздо сложнее, и я решила больше работать над собой».

Елена (супруга Реджепа), Турция, Аланья

Елена и Раджеп

Елена и Реджеп

«12 лет назад я отдыхала в Турции. Мне было 36 лет, я работала главным бухгалтером в крупной московской компании, была замужем, воспитывала детей. На курорте я была одна, но совсем не искала приключений, даже на пляже лежала с налоговым кодексом в руках.

Он заметил меня на концерте национальных танцев, как-то разглядел в огромной толпе, выяснил, из какого я отеля. Мы просто пообщались. Он оказался врачом, у него тоже была семья и дети, но он признался, что его семейные узы на грани разрыва. Мне он показался одиноким, я поняла, что он ищет человека, который бы его понял.

 Мой брак в то время тоже трещал по швам. Главой семьи была я, деньги зарабатывала тоже я, а муж лежал на диване.

Мой турецкий Бей меня не забывал – отправлял смски, пригласил меня в гости и повез меня к своим родителям. Надо сказать, что если турок тебя везет знакомится к родителям, то это говорит о серьезности его намерений. Его родители меня очень хорошо приняли, как невестку, подарили мне кольцо. С моими родителями все было иначе. Меня воспитывали в строгости, в семье есть определенные правила, которые я соблюдаю, хотя уже и давно взрослая. Когда родители узнали о моем романе, то отец сказал мне сразу, что я должна сделать выбор. Мой выбор был для них неожиданностью: я подала на развод. За это время я сравнила уважительное отношение ко мне Реджепа и равнодушное, потребительское отношение мужа.  У меня открылись глаза:  я поняла, что больше не готова терпеть его пьянство и агрессию ради детей. И родители поддержали меня, мама сказала, что  она присмотрит за  моими детьми, а я должна ехать и строить свое счастье. Мои дети тоже приняли его очень хорошо, дочка была под его присмотром все три месяца, пока работала в отеле в Аланье.

 Я переехала в Турцию только после его официального развода, а поженились мы спустя три года. Сначала он выплачивал пособия бывшей жене, потом ждали, пока дочь уедет учиться в другой город. Все это время я чувствовала себя неуютно в чужой мусульманской стране, не имея статуса супруги. В душе  я уже начала сомневаться и думала уехать. Решила с ним поговорить еще раз, и он сразу стал оформлять бумаги. Теперь я — гражданка Турции. Конечно, в начале нам было трудно понимать друг друга. Язык, религия, воспитание — все было разное. Приходилось уступать друг другу, хотя муж не умеет извиняться, неуступчив. Я научилась молчать, не отвечать сразу сгоряча, обходить острые углы. Вопрос религии у нас не стоял, от меня не требовалось перехода в мусульманство, мне не надо носить платок. Раньше за мной всегда было последнее слово. Теперь в моей семье – муж главный. Здесь принято уважать мужа, отца, по-другому никак. Если я куда-то уезжаю из дома, я должна заранее отпроситься. Бей вообще болезненно относится к моим отлучкам, ему важно видеть меня рядом постоянно. Мы и работаем вместе в нашей клинике, он – доктор, а на мне административная часть работы.

Да, я отказалась от самостоятельности. В Москве у меня было столько свободы, что я от нее устала. Я могла прийти с корпоратива в три часа ночи и ни перед кем не отчитываться.

И я стала воспринимать новую действительность так, что я важна человеку настолько, что он хочет быть со мной рядом всегда. Видя его отношение ко мне, я сама захотела измениться и изменилась.

С годами мы научились доверять друг другу, но и любовь никуда не ушла, просто стала спокойней. Наши интересы во многом совпадают, мы можем сидеть вечером в гостиной и каждый занимается своим делом: я что-то пишу или рисую, он читает свою медицинскую литературу. Мы можем просто молчать, но главное — мы рядом».

Поделитесь с друьями:

Leave A Reply